Те, кто в рамках порядка специальной войны осуществляет массовые убийства, совершаемые системой, — не какие-то обычные силы армии.

Это роты, специально созданные внутри армии. Есть также банды, которые вступают в армию целиком. Например, Топал Осман обладает такой особенностью. Он из Причерноморья, он бандит. Он совершает грабежи, перекрывает дороги, устраивает налёты и устанавливает собственную власть посредством этой бандитской организации, этой бандитской направленности, этих бандитских нападений. Постепенно он превращается в силу. В ходе такого процесса М. Кемаль устанавливает с ними связи. Теперь они вступают в армию вместе и становятся особым подразделением внутри неё. Есть человек по имени Сакаллы Нуреттин-паша, который становится во главе армии. Топал Осман тоже с ним. Именно они совершают и массовое убийство в Кочгири в Курдистане. Именно они совершают и массовые убийства, направленные против Хонтус и понтийцев. То есть в этих массовых убийствах используются специальные силы. И эти специальные силы обладают свободой действий и полномочиями убивать, грабить, пытать и захватывать имущество. Им дано право насиловать, и они делают это без каких-либо ограничений. То есть предоставление им свободы совершать любые военные преступления и их неприкосновенность реализуются как направления его способа организации и ведения войны. Это тоже следует рассматривать в рамках специальной войны. Есть и другие вещи. Организация «Единение и прогресс» распалась, но Особая организация, Тешкилят-и Махсуса, сохраняет свою организационную структуру. Эта Тешкилят-и Махсуса — не структура, организованная только в Стамбуле. Она организована в Дамаске, Багдаде и на Кавказе в большей степени, чем в городах Анатолии. У этих людей есть и идеологическая точка зрения. Туранисты обладают образом мышления, проникнутым тюркизмом и расизмом. Будь то Кавказ, Багдад или Дамаск, в подобных местах, где они организуются, у них есть особые организации; они создают специальные подразделения для проведения акций, прибегают к специальной и подпольной организации. Разумеется, в процессе превращения Османского государства в Турецкую Республику всё это становится основой, которую наследуют создатели Республики; они не просто наследуют её, но и продолжают существующую политику. В этих отношениях становление Турецкой Республики характеризуется тем, что она организует себя как силу, приводящую себя к власти посредством заговоров и массовых убийств, осуществляемых сверху и преимущественно опирающихся на военную бюрократию. Ведь внутренние заговоры продолжаются и после установления их власти. Вот Кязым Карабекир отстраняется. Есть также такие люди, как Рауф Орбай и Фетхи Окьяр, известные как соратники М. Кемаля по оружию; их тоже нейтрализуют. Доходит до того, что в Анкаре уже создан парламент, но даже депутатов убивают посредством заговоров. На этой основе государство выстраивает свою структуру. В такой структуре, после достижения определённого результата, после того как признание национальных границ навязано, они обращаются против всех, кто остался внутри этих политических границ. Они выступают и против курдов, и против исламских кругов, и против социалистов. Они выступают против всех, кто им противостоит. Особым образом они выступают и против алевитов. Всех их они видят как препятствия на своём пути, как различные центры власти. Они хотят утвердить собственное существование, устранив эти препятствия. И этим не ограничиваются: они хотят также укрепить свою господствующую идеологию; и этим не ограничиваются, а начинают осуществлять стратегию национального государства самым жёстким и заговорщическим образом. Поэтому эти территории превращаются в пространства, где создаётся и развивается формирование нации государством. Соответственно, цель — тюркизация курдов, лазов и общин другого этнического происхождения, известных как мусульманские общины. Ставится цель суннизации алевитов и их дальнейшего ослабления. Таким образом, и в культурном отношении, и в отношении идентичности, и в отношении веры в существующих границах Турецкой Республики начинает утверждаться модель национального государства, развиваемая или которую пытаются развивать на турецких землях Анатолии в Республике, формирование нации национальным государством. Всё это происходит в рамках специальных планов. То есть это не возникает на основе того, что появилась проблема и надо немедленно устранить эти проблемы. Например, есть План реформирования Востока. До него есть решения о создании Судов независимости. Есть тексты с обоснованиями создания Судов независимости. Есть цели Плана реформирования Востока. Всё это планы, направленные на формирование турецкой государственной нации. Все они развиваются посредством специальных мер и законов. Разве специальная война не означает систему, выстраиваемую посредством законов, практических мер и направлений действий? Означает. Всё это черты, присутствующие при становлении Турецкой Республики. Это описывает основу, на которой в Курдистане развиваются военная оккупация, аннексия и политика ассимиляции. Обратим внимание: до 1950-х годов большинство направлений действий, которые мы рассматриваем в рамках стратегий специальной войны, уже применяется на территории Анатолии и Курдистана. Если это переворот, осуществляется переворот; если геноцид, осуществляется геноцид; если ассимиляция, предпринимаются и осуществляются шаги для её развития. Если это отрицание существования, оно достигается этими средствами. Ведь постоянно говорят о социальной инженерии; реальность становления Турецкой Республики имеет форму такого инженерного планирования. Это одновременно становится прочными основами формирования системы, режима специальной войны. На этих основах в Курдистане проводится новая оккупационная операция. Но эта оккупация развивается в рамках нового планирования. Верно, целью стал весь Курдистан, но против всего сразу не выступают, а действуют по частям. Сначала определяют наиболее стратегически важные районы, определяют слабейшие точки в наиболее стратегически важных районах, разрабатывают провокации в слабейших точках, рассматривают провокации как предлог и начинают нападения, чтобы поставить это место под военный контроль; проводят политику геноцида, выселяют людей из родных мест и с родной земли. Когда это сделано в одном районе, переходят в другой и там тоже осуществляют подобную стратегию. Оттуда переходят в следующий. Поэтому и говорится, что восстание в Генч-Палу — это начало. Его также называют восстанием шейха Саида; говорится о процессе, продолжавшемся до 1940-х годов. То, что там называют курдским восстанием, — это всегда нападения, начатые с целью поставить Курдистан под надзор и контроль по частям. Происходящие восстания — законная самооборона народа перед лицом нападений. Законная самооборона становится восстанием. Но там законная самооборона — это война для собственной защиты; против кого? Против оккупации и геноцида. Теперь, когда эти оккупационные нападения начинаются в Курдистане, одновременно принимаются решения, которые очень ясно выражены в Плане реформирования Востока. Это выселение курдов с мест проживания, это заселение мест, откуда выселены курды, мусульманскими турецкими переселенцами, привезёнными с Кавказа и Балкан. Их поселяют в районах, из которых удалены курды. Или их поселяют в наиболее стратегически важных районах Курдистана. Курдов подвергают геноциду, отправляют в ссылку, а в наиболее стратегически важных местах строятся военные посты, начинается строительство дорог.

(Б): Есть также специальные подразделения, которые приводятся в действие. Это показывает их непрерывные нападения из одной части Курдистана в другую. Это практические меры, показывающие, как Курдистан был оккупирован вновь. Теперь есть курдский план, подготовленный Исметом Инёню в ходе того процесса. Например, согласно этому курдскому плану, за основу берётся тюркизация территории к западу от Евфрата. Говорится, что если территория к западу от Евфрата будет тюркизирована, курдский вопрос будет решён. Когда курдов стеснят в определённом районе, их тюркизируют посредством специальной политики; здесь появятся возможности подвергнуть их геноциду. То есть в Курдистане военная оккупация и аннексия осуществляются одновременно с политикой ассимиляции, то есть развития культурного геноцида. Верно, в определённые периоды некоторые из них выходят на первый план, но, даже когда некоторые выходят на первый план, в Курдистане применяются формы осуществления колониализма. Такова его особенность. Когда процесс военной оккупации завершается по собственным меркам, инфраструктурные приготовления для ассимиляции уже сделаны, законы приняты, людей в определённых отношениях пытались направить к этой точке; на этой основе может вступить в действие ассимиляционная политика. Политические учреждения Турецкой Республики могут быть перенесены, одно за другим, во все части Курдистана. Всё это происходит в рамках определённого планирования. Наконец, встаёт и вопрос экономического разграбления Курдистана. Это не только захват подземных богатств: вместе с захватом наземных богатств Курдистан превращается в рынок. Он не просто становится рыночным пространством; в Курдистане, превращённом в рыночное пространство, общество Курдистана также ставят в положение, при котором оно должно превратиться в тюркизированное общество. В этих отношениях общество Курдистана оказывается под господством. Если обратить внимание, вся эта осуществляемая политика проводится как инженерная работа. Принимаемые решения специальные, проводимое планирование специальное, и его осуществление тоже специальное. Это планируется за столом, обсуждается за столом, за столом принимаются решения о том, как это осуществлять. Годы, когда всё это происходит в Курдистане, — от 1925 года до 1940-х годов. До этого тоже есть унаследованное наследие. Теперь 1940-е годы обозначают период, когда Вторая мировая война только началась. Известна и роль Германии во Второй мировой войне. В те годы в Германии у власти Гитлер. Гитлер тоже, выстраивая свою систему, осуществляет специальное планирование, принимает специальные решения, создаёт специальные силы. В некотором смысле он по-своему перестраивает форму управления и общественную социологию Германии. Делая это, Гитлер вдохновляется определёнными людьми. Сам Гитлер говорит: «Я взял Мустафу Кемаля себе за образец, М. Кемаль — мой учитель». Политика, которую Гитлер проводит во Второй мировой войне, тоже является специальной политикой. Эти планы, определяемые и воплощаемые в жизнь как своего рода инженерная работа, — важный пример. Так начинаются геноцидные нападения на евреев. Вслед за этими нападениями, в результате этого планирования, начинаются и нападения на социалистические и коммунистические слои. В итоге приводятся в действие практики специальной войны, распространяющиеся на всё общество. Немецкая армия перестраивается. Официальная численность солдат немецкой армии сокращается, а вместо этого численность сил, подчинённых Гитлеру, многократно превосходит численность регулярной армии. Соответственно этому создаётся новая организация, и такая же перестройка проводится в политике. На этой основе переходят к действиям. Переходя в наступление, он сначала нападает на Чехословакию. Потому что, организуя свою военную экономику, он должен поставить под контроль развивающуюся в Чехословакии военную промышленность. Через год после этого начинается оккупация Польши. Германия вышла из Первой мировой войны побеждённой; другие империалисты Европы и США возрождают её и ставят на ноги. Цель Гитлера — нападение на Советский Союз, но сначала он нападает не на Советы, а вместо этого на Польшу. На Советы он нападает позже. Всё развивается в соответствии со стратегией и планированием. Но во главе тех, кто разрабатывает планирование, стоит Гитлер, а Гитлер взял себе за образец М. Кемаля. То, что осуществляется в Турции, то, что осуществляет М. Кемаль, берёт за образец не только Гитлер. После Второй мировой войны США, развивая свою неоколониальную политику и связанную с ней политику специальной войны, также используют мировую практику. Определяя стратегию для практического осуществления специальной войны, они в большей степени опираются на Турецкую Республику, «Единение и прогресс» и Тешкилят-и Махсуса. В то время есть дневники, которые вели ведущие деятели Тешкилят-и Махсуса, есть документы в распоряжении Турецкой Республики. Они берут эти документы и изучают их. Потом делают собственные выводы. Одно из основных мест, где происходят эти практические действия, — Курдистан. Не следует рассматривать специальную войну в Курдистане или Турции, политику специальной войны, развиваемую в границах Турецкой Республики, лишь как практику, осуществляемую в этом географическом пространстве, или как практику, результаты которой ограничиваются происходящим там. В этих отношениях она приобретает значение практического поля, откуда получают основные данные для развития стратегии специальной войны и её тактики. Рассматривая специальную войну в Турции и Курдистане, сначала необходимо правильно увидеть тот осуществлённый процесс, значение этого процесса на международной арене, чтобы затем правильно понять и увидеть, как стратегия США приобретает в Турции конкретное значение. Вот заканчивается Вторая мировая война, США наследуют колониальное наследие. Наследуя это колониальное наследие, они начинают искать внутри системы, роль жандарма которой они взяли на себя, как сделать контрреволюцию постоянной, как сделать постоянной систему капиталистической современности; соответственно этому разрабатывается политика. У этой политики есть разные названия. Говорят: план Маршалла, доктрина Трумэна, неоколониализм, стратегия специальной войны. Всё это означает политику, которая в процессе периода Второй мировой войны обретает конкретное выражение в США, но оказывает воздействие на весь мир. Необходимо связать это с неоколониализмом, с мировым господством США, с продолжениями унаследованного колониального наследия, с изменяющейся мировой политикой и знать, что специальная война осуществляется на этой основе. Теперь, когда развивается специальная война, у неё есть цели. Для достижения целей создаются определённые механизмы, и через эти механизмы действуют. Мы отмечали это вначале. Её опоры — Нетрадиционная война, Операции по стабилизации и Психологическая война. Она строится на этих трёх опорах. Когда она строится на этих трёх опорах, есть и стратегические цели. Нетрадиционная война становится названием фронтальных нападений, начатых против партизанской борьбы, развивающейся в странах, которые ведут борьбу за независимость и национальное освобождение против колониализма, названием применяемых методов и осуществляемой стратегии. Что это такое? Партизаны действуют небольшими группами, но до того времени война против партизан ведётся регулярной армией; следовательно, против партизан вводятся и формы операций, отличные от операций регулярной армии. Для проведения таких операций создаются специальные силы, создаются силы специальных операций. Эти силы специальных операций проходят подготовку, отличную от обычной армейской подготовки. Вне обычной организации армии организуются более мелкие подразделения, подразделения, способные действовать с большей инициативой. Соответственно определяется и подготовка. Это становятся силы, развивающие специальные операции против партизан. Нетрадиционную войну они рассматривают как активность, развиваемую этими силами. Но это составляет лишь одну часть нетрадиционной войны, и они получают разные названия. Они не ограничиваются созданием официальных милитаристских сил внутри армии и полиции. Одновременно создаются и организации из подпольных элементов, которые они могут использовать в этой нетрадиционной войне. Им дают такие названия, как пролетарские подразделения, подразделения местной обороны и другие. Доходит до того, что и люди в обществе, прошедшие военную службу, могут быть организованы как часть этой подпольной структуры. Какова её цель? Создан Советский Союз, Советский Союз рассматривается как враг, есть близлежащие страны, в которых предполагается вмешательство Советов; в этих близлежащих странах, где предполагается вмешательство, ведутся приготовления, словно советское вмешательство может произойти в любой момент. Эти приготовления имеют два измерения:

1-        Соответствующая организация армии

2-        Соответствующая организация подпольной деятельности

Подпольная деятельность не является законной, она ведётся нелегально. Соответственно размещаются и милитаристские силы, и силы внутри народа. На этой основе в рамках политической организации также создаются организации под названием «Гражданское общество». В Турции шаги по практическому осуществлению стратегии специальной войны, определённой США, тоже предпринимаются на этой основе. Турецкая Республика становится членом НАТО, а армии стран, связанных с НАТО, считаются армией НАТО. От военной организации этой армии до её еды, питья, одежды и оружия — всё формируется из материалов, внесённых в список НАТО. В такой армии поддерживаются и прямые связи, но внутри неё также поддерживается тайная, глубинная связь. Их тоже называют разными именами. На этой основе создаётся организация, называемая «Гладио». В США и Великобритании есть такие организации. Страны, в которых возникают эти организации, — преимущественно Великобритания, Франция, Германия, Испания, Италия, Греция и Турция. То есть во всех государствах — членах НАТО организация «Гладио» занимает важное место внутри военной организации. Это подразделения, которые при проведении тайных операций действуют специальными методами через людей, определённых тайными организациями. Это создаётся и внутри турецкой армии. Людей, которые будут руководить этой организацией внутри турецкой армии, везут в Америку. Эти люди проходят в Америке специальную подготовку. Они становятся офицерами, обученными специальным операциям и войне. Первую организацию «Гладио» внутри армий создаёт руководство Управления американских связей. Во главе этого управления тоже стоят офицеры, обученные в Америке. Один из первых, кто возглавляет это управление, — Алпарслан Тюркеш. В подобной деятельности новая организация, созданная под названием Совет по расследованию мобилизации, позволяет расширить влияние на более обширную сферу. Они организуются внутри армейских и полицейских сил, а оттуда начинают деятельность в обществе. Создаются местные пролетарские подразделения, в них ведётся организация. Есть такая организационная схема. Но вместе с этой организацией внутри армии также создаётся организация, ответственная за руководство специальными операциями. В турецкой армии есть подразделения коммандос. Задача коммандос — проводить специальные операции. Затем создаются подразделения специальных операций под названиями «Голубые береты» и «Бордовые береты». Их задача — проводить стратегические специальные операции. В рамках подобных организаций в Америке есть морская пехота. Она тоже берёт на себя такую роль. Во Франции есть парашютно-десантные подразделения, они также берут на себя такую роль. То есть во всех странах — членах НАТО создаётся и нелегальное ядро, и военная организация, устроенная для специальных операций, которой придают видимость законности. То есть армия связана с НАТО, теперь получает оттуда команды и организована соответственно этому; но связь не ограничивается этим, а приобретает форму в соответствии с этой структурой. Соответственно её размещение направлено против советского вмешательства, против внутреннего восстания. Теперь при этом размещении против внутреннего восстания она создаёт в обществе организационные сети, способные подпитывать такую операцию. Создаются объединения, партии, все на основе служения этой цели. В Турции создаются объединения по борьбе с коммунизмом; такова их задача. Создаётся также Республиканская крестьянская национальная партия. В обществе под названием патриотов создаётся нелегальная организация. Эти патриоты находятся в положении войск, готовых к действию в случае возможной гражданской войны, возможного внешнего вмешательства. В государственных границах Турции созданы стратегические районы; в них создаются склады оружия, устраиваются тайные базы. Всё это приготовления к специальной войне. Это приготовления, проводимые на основе специальной войны. Общество организуется, используются религиозный идеологизм и национализм. Через религиозный идеологизм и национализм создаётся идеологическая инфраструктура специальной войны. Эта идеологическая инфраструктура играет роль, позволяющую вобрать в себя общество и поставить общество себе на службу. Соответственно, посредством интенсивной пропагандистской войны и психологической войны общество формуют с религиозно-идеологическим, националистическим и государственническим образом мышления, подготавливая его в любой момент к нападению в желаемой форме. Была война на Кипре, на Кипре возникали проблемы, было вмешательство Турецкой Республики на Кипре; когда это вмешательство происходит, и в Турции, и в Курдистане развивается очень сильная враждебность. Враждебность к грекам строится на расизме, национализме и религиозном идеологизме. В это вовлекаются и другие мусульманские общины — курды, турки, арабы, грузины. Всё это проявляется как планирование специальной войны. Когда всё это организуется, Курдистан уже колонизирован и подчинён господству. Он превращён в рынок турецкого колониального капитализма. Наряду с этим и ассимиляция доведена до определённой стадии. Курдистан превращён в непосредственный центр практик специальной войны, осуществляемых в государственных границах Турецкой Республики, и сделан частью целостной политики. Но при осуществлении этой политики есть и стороны, специфические для Курдистана. Что это за стороны, специфические для Курдистана? Хотя Турецкая Республика вводит политику, предполагая, что превратила Курдистан в собственное продолжение, она всегда считала курдскость бедствием над своей головой. Она видела в ней то, что может восстать в любой момент, и потенциальную опасность для себя. Поэтому наряду с политикой, осуществляемой на основе государственных границ Турецкой Республики, она ввела и политику, специфическую для Курдистана. Например, допустим, при осуществлении различных планов очень широко распространена политика геноцида против курдов. Есть эти военные организации, ориентированные на Курдистан, есть жандармерия, есть военные посты. Они стали устанавливать контроль над обществом посредством подавления в полном смысле слова. В Курдистане народ стал вспоминать жандармерию, когда говорят о государстве. Жандармерия и государство отождествились. Под гнётом жандармерии народ заставили стонать от мучений. Это положение показывает особую политику там. Открыты школы, в этих школах проводится широкая политика тюркизации, школы превращены в места ассимиляции. Курдов подчинили обязательному образованию, поместили в общежития. Это тоже формы применения специальной войны в Курдистане. В Курдистане религиозные ордены получили очень широкое распространение; эти распространённые там ордены — не ордены, не течения, возникшие из различий в толковании этой религии внутри исламских конфессий или из различий в исполнении религиозных вопросов и установлений. Это целиком политика, осуществляемая на основе религиозного идеологизма и национализма, развивающая национальное отрицание, ассимиляцию и тюркизацию в Курдистане. С одной стороны есть военное подавление, жандармерия, колониальное положение, но с другой стороны эффективно используется религиозный идеологизм, эффективно используется ассимиляция. Это осуществляется в Курдистане как политика специальной войны. Вместе с этим применяются и другие политические меры. Когда курдскость рассматривается как опасность, нападают и действуют против всего, что может оживить курдскость. Что это за нападения? Например, после 1960-х годов происходят некоторые изменения, направленные на предотвращение использования курдского языка. В тот период в Ираке вещают радиостанции на курдском языке; до этого есть радиостанции, вещающие на курдском в Армении, в Ереване. В качестве альтернативы этим вещающим радиостанциям начинается радиовещание в Диярбакыре и Эрзуруме. В этих местах пытаются не допустить прослушивания курдских радиостанций. Это методы, к которым прибегают, чтобы помешать народу говорить на своём языке и слушать свою музыку. Они направлены на ослабление влияния радиостанций, начавших вещать на курдском, в Северном Курдистане; они служат ассимиляции. Курдские песни тюркизируются. Названия населённых пунктов в Курдистане полностью тюркизируются. То есть вводится политика, не допускающая существования ничего, что могло бы напоминать о курде. Это политика специальной войны. Также, когда определяется политика в отношении Курдистана, четыре колониальных государства действуют согласованно в политике в отношении Курдистана, поскольку видят в курдах общего врага. То есть Иран, Ирак, Сирия и Турция не могут действовать в отношении Курдистана поодиночке. Речь идёт о совместных действиях этих государств. Они вместе принимают решения, вместе осуществляют их. Остальные не допускают действий, противоречащих интересам кого-либо из них. Курды определены как общий враг. Против этого общего врага враги объединяются и становятся общим врагом курдов.